«Кристоферы» Стивена Содерберга: Последний шедевр

Джулиан Склар (Иэн Маккеллен) — 85-летний художник, пик творчества которого давно остался позади. В середине 1990-х он прославился благодаря серии картин «Кристоферы», но за последние 30 лет, по собственному признанию, так и не сделал ничего стоящего. Некогда великий живописец изолировался от мира и зарабатывает на жизнь, записывая видеопоздравления поклонникам (149 фунтов — обычное, 249 фунтов — с автографом).

Склар осознаёт, что его время на излёте, о чём предательски напоминает страшный диагноз в медицинской карте — апластическая анемия. Детей ворчливого пенсионера (Джессика Ганнинг и Джеймс Корден) волнует лишь наследство, которое им достанется после смерти отца. На чердаке в мастерской хранятся незаконченные картины из популярной серии, к которым Джулиан не притрагивался вот уже 25 лет. Отпрыски творца нанимают ему в ассистенты молодую художницу Лори Батлер (Микейла Коул), чтобы она втайне дописала произведения. Мир заждался новую коллекцию из серии «Кристоферов». Поэтому спрос на посмертные шедевры Склара будет огромный. Девушка охотно соглашается на сомнительную авантюру, желая отомстить обидчику. Много лет назад Джулиан жестоко отрецензировал работы юной Лори в эфире одного арт-шоу. С тех пор она прекратила выставляться, сменила кисть и холст на шпатель реставратора и периодически подрабатывает в ларьке со стрит-фудом. Но неожиданно между недовольным пенсионером и своенравной девушкой завязывается дружба, которая поможет обоим выбраться из зоны комфорта и вновь начать творить.

За практически 40-летнюю карьеру Стивен Содерберг успел удостоиться «Золотой пальмовой ветви» Канн («Секс, ложь и видео»), «Оскара» за лучшую режиссуру («Трафик»), а также звания едва ли не главного новатора Голливуда. Постановщик среди первых снял полнометражное кино на iPhone («Птица высокого полёта», «Не в себе»), опередил тренд на метакомедии о «фабрике грёз» («Во всей красе») и переизобрёл модель дистрибуции фильма, выпустив картину одновременно в кинотеатре, на DVD и на кабельном («Пузырь»). В последние годы Содерберг продолжает успешно балансировать между радикальными экспериментами и зрительскими картинами. В 2024 году в рамках «Сандэнса» состоялась премьера хоррора «Присутствие», в котором классический троп о проклятом доме был рассказан с оптики призрака. В «Кристоферах» смелых вызовов устоявшимся канонам не найти, но на качестве картины это никак не сказывается.

Сюжет о неожиданной дружбе ворчливого пенсионера и молодой женщины ранее встречался во «Второй жизни Уве», но интонационно фильм Содерберга ближе к «Последнему портрету» Стэнли Туччи. В «Кристоферах», как и в байопике об Альберто Джакометти с Джеффри Рашем в главной роли, рассказывается история последних дней великого художника, чьи лучшие годы остались далеко позади. Но если в фильме Туччи живописец не мог закончить портрет из-за стремления к недостижимому идеалу, то Склар отказывается заканчивать «Кристоферов» по более личным причинам. Серия картин была посвящена второй половинке творца. После разрыва отношений Джулиан так и не смог прийти в себя в полной мере, укрывшись от всего мира за непробиваемой бронёй из сарказма и припрятав воспоминания о любимом человеке в дальнем углу чердака. Но замаячившая на горизонте старуха с косой и появившаяся на пороге Лори разблокировали болезненные образы из прошлого, от которых он открещивался годами.

Джулиан — далеко не самый приятный человек, который даже в свои 85 за минуту доводит собеседника до истерики или головной боли. Однако тонко чувствующая — как и подобает талантливому художнику — Лори прекрасно понимает причины экстравагантного поведения старика. Вместе с любимым человеком Склар утратил и любовь к живописи — своему призванию. С пустотой в сердце появилась невыносимая тяжесть в руках, не позволяющая сделать взмах кистью. Но материя фильма Содерберга оказывается гораздо тоньше классической истории о перевоспитании на смертном одре и принятии собственных ошибок. В «Кристоферах» режиссёр рассуждает о природе и ценности искусства в эпоху бесконечного репродуцирования. Вальтер Беньямин в книге «Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости» писал: «Репродукционная техника <...> выводит репродуцируемый предмет из сферы традиции, она заменяет его уникальное проявление массовым». Джулиан придерживается рассуждений Беньямина, задаваясь вопросом, что такое искусство, если теперь всё есть в Сети.

Режиссёр органично сочетает сюжеты о примирении с болезненным прошлым и спасительной силе искусства с актуальными размышлениями о его значимости во времена, когда для сотворения картины больше не требуются кисть и холст, достаточно клавиатуры и выхода в интернет. Всё это могло оказаться унылой рефлексией для богемы, если бы не дуэт главных артистов. Действие разворачивается в пределах захламлённой квартиры Склара, но благодаря экранной химии Маккеллена и Коул и мастерски выдержанному темпоритму заскучать на «Кристоферах» практически невозможно.

Театральность всего происходящего лишь играет фильму на руку. Мастер шекспировского репертуара Маккеллен прекрасно чувствует себя в заданных ограничениях, демонстрируя, что в свои 86 остаётся одним из величайших актёров современности. Британский артист наделяет творца не только скверным характером и острым языком, но и трогательной уязвимостью, сочетающейся с хулиганским нравом. А его словесные перепалки и динамика взаимоотношений с Лори остаются главным драматургическим движком и душой фильма.

Вряд ли «Кристоферы» станут новой главой в карьере постановщика. Однако тонко чувствующий — как и подобает талантливому художнику — Содерберг улавливает дух коллективных переживаний и успокаивает горьковатой пилюлей. Искусство всё ещё спасает души, а за каждым произведением стоит история одного человека, а не скрипты и алгоритмы. Кажется, обжёгшись об ИИ при создании «Джона Леннона: Последнее интервью», режиссёр в полной мере убедился в этом сам.