«Грация» Паоло Соррентино: Осень президента

Через полгода закончатся полномочия Мариано де Сантиса (Тони Сервилло) на посту президента Италии. Политик относится к партии христианских демократов, а ещё он центрист, так что каждое решение тщательно и подолгу взвешивается. Мариано и рад бы подумывать о заслуженной пенсии, но дочь Доротея (Анна Ферцетти), помощница и тоже юристка, уже несколько месяцев мучает отца необходимостью подписать закон об эвтаназии. Параллельно на стол президента кладут ещё две папки с прошениями о помиловании: пожилой учитель Кристиано (Васко Мирандола) задушил подушкой страдавшую болезнью Альцгеймера жену, а молодая Иса (Линда Мессерклингер) нанесла спящему супругу-абьюзеру 18 ножевых ранений. Решения важные, но Мариано больше думает о своём. Восемь лет назад умерла его жена Аврора. Политик сильно тоскует по супруге и мучается в неведении: 40 лет назад Аврора изменила мужу с любовником, но имени соперника Мариано так и не узнал.

Паоло Соррентино — самый известный современный итальянский режиссёр, который ещё после «Оскара» за «Великую красоту» заслужил статус наследника Федерико Феллини. Если очерчивать круг тем, которые волнуют автора, нельзя не вспомнить людей у власти, будь то руководство страной или церковью, старение и родной Неаполь. После сериалов «Молодой Папа» и «Новый Папа», а также бурлескного «Лоро» Соррентино снял автобиографическую драму «Рука бога» и историю девушки невероятной красоты «Партенопа».

Итальянский режиссёр уже обращался к фильмам о политиках — «Изумительный» был посвящён Джулио Андреотти, а «Лоро» рассказывал о ярких буднях Сильвио Берлускони. Обоих премьер-министров играл любимый актёр Соррентино Тони Сервилло. Теперь артист исполняет роль выдуманного президента.

Соррентино легко обвинить в самоповторе и на уровне сценария, и в визуальном плане. Действительно, итальянец всё ещё любит одновременно величественные и абсурдные сцены, лобовые метафоры и сочетание дальних и крупных планов. Большую часть дня президент проводит в роскошно обставленных кабинетах, но самыми счастливыми минутами политика являются перекуры на крыше Квиринальского дворца в компании телохранителя (Орландо Чинкве). Соррентино подчёркивает тотальную несвободу де Сантиса, зажатого рамками должности и личными осторожными привычками. Замкнутые пространства противопоставляются открытому воздуху. Дочь Доротея не верит, что отец подпишет злополучный закон, и считает Мариано трусом, который уже давно не способен на решительный шаг. Основной навык президента — умение переживать государственные кризисы. С шести попыток убрать де Сантиса не удалось.

За глаза подчинённые и близкие называют президента Бетонным. Да Мариано и сам знает, что былой лёгкости в движениях нет. Ноги порой не слушаются, сны перестали сниться, зато во время молитв политик уверенно закрывает глаза и отправляется в объятья Морфея. Де Сантис с тоской смотрит на дряхлого президента Португалии, которого под электронную музыку готовы сбить сначала ливень, а потом и красная ковровая дорожка. Пожилому юристу у власти тяжело принимать неизбежное и неумолимое течение времени. Вот бы снова обрести лёгкость, а лучше даже невесомость, как итальянский инженер на космической станции, с которым у президента телемост.

Хотя большую часть времени зрители наблюдают за поведением почти что пенсионера, следить за персонажем Сервилло нескучно. Выдающийся итальянский актёр по-прежнему умеет играть одними лишь глазами, в которых то пробегает ехидная искорка, то читается вселенская тоска. Да, возраст не обмануть, и во многом главный герой живёт прошлым, но есть и у него слабости. Иногда де Сантис слушает современный рэп и даже подпевает, а ещё грезит возможностью заказать пиццу, хотя дочь вечерами кормит исключительно киноа и рыбой на пару.

Соррентино в первую очередь интересен пожилой человек у власти. Зрителям представляется возможность узнать де Сантиса как личность со всей болью, заморочками и странными привычками. Обычно избиратели видят только публичный облик политика, не более того. Соррентино из фильма в фильм спускает всех важных фигур с небес на землю, показывает простых смертных с узнаваемыми чертами характера и заботами. Принципиальная несвобода президента итальянского режиссёра волнует всё же больше актуальной темы эвтаназии, которая на родине автора пока не разрешена. На периферии остаются вопросы прощения и преступных проявлений любви. Можно ли вообще убить из добрых чувств? Достойны ли помилования любившие, у которых, возможно, и не было другого выбора? Де Сантису, традиционно прячущемуся за буквой закона, приходится задаваться неудобными вопросами с непредсказуемыми ответами.

По меркам Соррентино «Грация» — сдержанное и лишённое чрезмерного китча кино, хотя пара напоминающих видеоклипы моментов в замедленной съёмке в фильме всё же есть. Новую картину итальянского автора никак не назвать следующей главой в творчестве, это повторение и закрепление пройденного материала. Возможно, Соррентино продолжит говорить о стареющих элегантных джентльменах в экзистенциальном кризисе, но, пока в подобных картинах снимается Сервилло, давать фильмам шанс всё же стоит.